Белла Давидович — 85 лет со дня рождения

 

Белла Михайловна Давидович — советская, российская и американская пианистка и музыкальный педагог.

Критика давно уже нарекла Беллу Давидович поэтом фортепиано. Правильнее было бы заменить этот расхожий термин иным: певец на рояле. Ибо для нее всегда игра на инструменте была сродни пению, она и сама признавалась, что "ощущает музыку вокально". В этом и секрет неповторимости ее искусства, ярко проявляющийся не только в сольном исполнительстве, но и в ансамблевом. Еще в пятидесятые годы она нередко играла в дуэте с мужем, талантливым, рано умершим скрипачом Юлианом Ситковецким, позднее с Игорем Ойстрахом, часто выступает и записывается вместе с сыном — известным уже скрипачом Дмитрием Ситковецким. Вот уже около десяти лет пианистка живет в США. 

"Für Elise" — Bella Davidovich, 1979

 

Б.М.Давидович родилась  16 июля 1928 в семье хирурга, заслуженного врача Азербайджанской ССР Михаила Наумовича Давидовича и заслуженной артистки Азербайджанской ССР, концертмейстера Азербайджанского государственного театра оперы и балета им. М. Ф. Ахундова Люси Исааковны Ратнер.  Дед — заслуженный артист Азербайджана, концертмейстер Театра оперы и балета Исаак Ратнер.

По семейному преданию трехлетняя девочка, не зная нот, по слуху подобрала один из вальсов Шопена. Может быть, так, а может быть, это позднейшие легенды. Но во всех случаях символично, что пианистическое младенчество Беллы Давидович связывается с именем гения польской музыки. Ведь именно шопеновский "маяк" вывел ее на концертную эстраду, осенил ее имя…

 

Bella Davidovich plays Chopin Concerto No.1

 

 

Впрочем, все это произошло уже много позже. А артистический дебют ее был настроен на другую репертуарную волну: в родном городе Баку она сыграла Первый концерт Бетховена с оркестром под управлением Николая Аносова. Уже тогда специалисты обратили внимание на удивительную органичность ее пальцевой техники и покоряющее обаяние врожденного легато. В Московской консерватории она начала заниматься у К. Н. Игумнова, а после смерти выдающегося педагога перешла в класс его ученика Я. В. Флиера. "Однажды,- вспоминала пианистка,- я заглянула в класс Якова Владимировича Флиера. Захотелось посоветоваться с ним относительно „Рапсодии на тему Паганини" Рахманинова и поиграть на двух роялях. Эта встреча, почти случайная, решила мою дальнейшую студенческую судьбу. Урок с Флиером произвел на меня настолько сильное впечатление — надо знать Якова Владимировича, когда он в ударе…- что я тут же, не медля ни минуты, попросилась к нему в ученицы. Помню, он буквально заворожил меня своим артистизмом, увлеченностью музыкой, педагогическим темпераментом". Эти черты, заметим, талантливая пианистка унаследовала от своего наставника.

А вот как вспоминал об этих годах сам профессор: "Заниматься с Давидович было сплошной радостью. Она с поразительной легкостью готовила новые сочинения. Ее музыкальная восприимчивость была настолько обострена, что мне почти никогда не приходилось в занятиях с ней возвращаться к тому или иному пройденному фрагменту. Давидович удивительно тонко чувствовала стиль самых различных композиторов — классиков, романтиков, импрессионистов, современных авторов. И все же особенно близок ей был Шопен." Да, эта душевная предрасположенность к шопеновской музыке, обогащенная мастерством флиеровской школы, раскрылась еще в студенческие годы. В 1949 году никому не известная студентка Московской консерватории стала одной из двух победительниц первого послевоенного конкурса в Варшаве — наряду с Галиной Черны-Стефаньской.

 

Chopin Ballade No.1 in G minor- Bella Davidovich

С этого момента концертная карьера Давидович постоянно шла по восходящей линии. Окончив консерваторию в 1951 году, она еще три года совершенствовалась в аспирантуре у Флиера, а затем и сама вела там класс. Но главным оставалась концертная деятельность. Долгое время шопеновская музыка была основной сферой ее творческого внимания. Без его произведений не обходилась ни одна ее программа, и именно Шопену она обязана ростом своей популярности. Отличный мастер фортепианной кантилены, она раскрывалась полнее всего именно в лирико-поэтической сфере: естественность передачи музыкальной фразы, колористическое мастерство, отточенная техника, обаяние артистической маНо вместе с тем Давидович не стала узкой "специалисткой по Шопену". Постепенно она расширяла границы своего репертуара, включая в него многие страницы музыки Моцарта, Бетховена, Шумана, Брамса, Дебюсси, Прокофьева, Шостаковича. В симфонических вечерах она исполняет концерты Бетховена, Сен-Санса, Рахманинова, Гершвина (и конечно, Шопена)… "Мне очень душевно близки в первую очередь романтики,- говорила Давидович в 1975 году.- Играю их давно. Достаточно много исполняю Прокофьева и с большим удовольствием прохожу его со студентами в Московской консерватории… В 12 лет, ученицей Центральной музыкальной школы, я сыграла Английскую сюиту Баха соль минор на вечере студентов кафедры Игумнова и получила достаточно высокую оценку в печати. Я не боюсь упреков в нескромности, ибо готова тут же добавить следующее; даже достигнув зрелого возраста, я почти никогда не отваживалась включать Баха в программы своих сольных концертов. А ведь прелюдии и фуги и другие сочинения великого полифониста я не только прохожу со студентами: эти сочинения у меня в ушах, в голове, ибо, живя в музыке, без них попросту нельзя обойтись. Иное сочинение, хорошо усвоенное пальцами, остается для тебя неразгаданным, словно так и не удалось подслушать тайные мысли автоpa. Подобное бывает и с заветными пьесами — к ним так или иначе приходишь позднее, обогащенной жизненным опытом".

 

BELLA DAVIDOVICH plays SCHUMANN Carnaval op.9 

Эта пространная цитата объясняет нам, каковы были пути развития таланта пианистки и обогащения ее репертуара, дает основания для постижения движущих сил ее искусства. Не случайно, как мы теперь видим, и то, что Давидович почти не исполняет современной музыки: во-первых, ей трудно проявить здесь свое главное оружие — покоряющую певучую кантилену, способность петь на рояле, во-вторых, ее не трогают умозрительные, пусть и совершенные конструкции в музыке. "Возможно, я заслуживаю нарекания в ограниченности кругозора,- признавалась артистка.- Но не могу изменить одному из своих творческих правил: в исполнительстве нельзя быть неискренней".

 

Scriabin Sonata No 2 G# Minor Presto Davidovich Rec 1982.

Впервые выступив на Западе в 1967 году, Давидович получила известность за границей. Через четыре года пианистка провела концертный тур по Италии. После того, как её сын, скрипач Дмитрий Ситковецкий, в 1977 эмигрировал в США, Давидович было запрещено выезжать за границу, однако всего через год ей также удалось покинуть СССР. В 1979 состоялся её первый концерт в Карнеги-холле, за которым последовали многочисленные выступления как соло, так и с ведущими оркестрами страны. Через несколько лет Давидович приняла американское гражданство и стала преподавать в Джульярдской школе в Нью-Йорке. Пианистка также давала многочисленные мастер-классы в США и Европе.

 

Beethoven / Bella Davidovich, 1979: Moonlight Sonata, Op. 27 №2  "Лунная соната"

В начале перестройки Давидович стала одной из первых советских музыкантов, которым было разрешено вновь выступить в СССР. Её сольные концерты, а также камерные выступления с сыном и с квартетом имени Бородина пользовались большой популярностью.

В наши дни пианистка регулярно участвует в жюри международных фортепианных конкурсов, среди которых — Конкурс имени королевы Елизаветы в Брюсселе, Конкурс имени Шопена в Варшаве, Конкурс имени Бузони в Больцано и др.

Давидович была замужем за известным скрипачом Юлианом Ситковецким, их сын Дмитрий также стал классическим скрипачом.

Чайковский Трио Белла Давидович, фортепиано; Николай Цнайдер, скрипка; Миша Квинт, виолончель

В основе репертуара Давидович — сочинения композиторов XIX века (например, Мендельсона, Шумана и Листа), которые она неоднократно записывала. Её игра отличается живостью и силой исполнения, хотя некоторые критики упрекают её в недостатке экспрессивности.

Комментарии и пинги к записи запрещены.

Комментарии закрыты.